Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

nietzscheana

Виктория Шохина "Ницше тронул поводья…" Часть 4.

Ницше в СССР

Дух Ницше не выветрился сразу после Великой Октябрьской Социалистической революции, хотя большевики всеми силами старались его изгнать. Притом их идеология строилась на обломках Серебряного века, и среди этих обломков у Ницше была не последняя роль. К тому же, Горький, к тому же Луначарский и другие «ницшеанствующие марксисты» (Б. Розенталь) бросали в общий котел идеологии свои вкусы, пристрастия, интересы. Есть на этот счет и более категоричное мнение. Так, В. Кантор пишет: «[Федор] Степун был уверен, не раз говоря, что на самом деле тайным учителем большевиков были не Маркс с Энгельсом, а Фридрих Ницше с его «волей к власти», «философствованием молотом» и заклинательной стилистикой его текстов».

Действительно, советские лидеры были в некотором роде латентными ницшеанцами. С одной стороны, они обрушивали на экстравагантного немца всю мощь пропагандистского аппарата – вот названия книг, которые тогда выходили: «Ницше и финансовый капитал» М. Лейтейзена (1928) с предисловием б. ницшеанца-богостроителя Луначарского; «Философия Ницше и фашизм» Б. Бернадинера (1934); «Ницше как предшественник фашистской эстетики» Г.Лукача (1934) и т.п. С другой, — у Ницше, несмотря на его враждебность к социализму и презрение к массам, было много такого, что импонировало большевикам: антибуржуазный пафос, переоценка всех ценностей, ставка на будущее (в ущерб настоящему), вера в приход нового (сверх-) человека, нападки на христианство, презрение к лишним, гимны здоровью…

Доказательством того, что идеи Ницше никуда не исчезли, может служить антиутопия Замятина «Мы» (1920), в которой он с горькой усмешкой изображает советских ницшеанцев. Персонажи его романа гордятся: «Арифметически-безграмотную жалость знали только древние: нам она смешна». Они уверены: «Жалость унижает, а жестокость стимулирует к целям»; «Самая трудная и высокая любовь – это жестокость» и т.п. Они так же, как Ницше, считают Христа идиотом и декадентом: «…их Бог не дал им ничего, кроме вечных, мучительных исканий: их Бог не выдумал ничего умнее, как неизвестно почему принести себя в жертву». Но при этом они хотят очутиться с Богом «за одним столом». Собственно, вся антиутопия Замятина есть ответ на молодую советскую власть, инфицированную самыми неприятными идеями Ницше.

С голоса Ницше поёт в 1918 году молодой Николай Тихонов:

Мир строится по новому масштабу.
В крови, в пыли, под пушки и набат
Возводим мы, отталкивая слабых,
Утопий град — заветных мыслей град.

Collapse )

nietzscheana

Виктория Шохина "Ницше тронул поводья…" Часть 3.

Социалисты и поэты

Русским социалистам Ницше не очень нравился. Они видели в его идеях «новейший индивидуализм», который «является протестом против поступательного движения м а с с ы, поскольку в нем сказывается не опасение за права личности, а боязнь за классовые п р и в и л е г и и» (Плеханов). Критиковали за «сверхчеловека», за «культ страдания». А также – за кастовое деление в «идеальном обществе Заратустры» (построенном, кстати, на манер Платонова «Государства» и Спарты), за «мораль господ» и «мораль рабов» (Троцкий).

Ленин, по утверждению А. Авторханова, был «необыкновенным большевиком, который в одной руке держал Маркса, в другой – Ницше, а в голове – Макиавелли». Может, и так. Но и Ленин осуждал философию Ницше «с ее культом сверхчеловека, для которого всё дело в том, чтобы обеспечить полное развитие своей собственной личности […] эта философия есть настоящее миросозерцание интеллигента, она делает его совершенно негодным к участию в классовой борьбе пролетариата» («Шаг вперед, два шага назад», 1904). И еще мог прокричать: «Долой литераторов беспартийных! Долой литераторов сверхчеловеков!» («Партийная организация и партийная литература»,1905).

Для социалистов были неприемлемы «аристократический радикализм» Ницше (Г.Брандес), его презрение к массам (к стаду, как выражался сам философ, следуя, впрочем, в этом за Иисусом), к идее равенства и т.п. А для Ницше (как и для Достоевского) были неприемлемы социалисты: «Кого более всего я ненавижу между теперешней сволочью? Сволочь социалистическую, апостолов чандалы, которые хоронят инстинкт, удовольствие, чувство удовлетворённости рабочего с его малым бытием, — которые делают его завистливым, учат его мести… Нет несправедливости в неравных правах, несправедливость в притязании на “равные” права…» Он видел в социализме «до конца продуманную тиранию ничтожнейших и глупейших, то есть поверхностных, завистливых, на три четверти актеров…» («Антихристианин. Проклятие христианству», 1888).

Впрочем, социалисты-богостроители восторгались Ницше и пытались скрестить его с Марксом. В этом была логика, у двух гигантов мысли было кое-что общее: агрессивный «штурм неба» — нападки на христианство; стремление не столько объяснить, сколько изменить мир; классовая/кастовая мораль и т.д. Кстати, у Маркса и Ницше был и один общий наставник – младогегельянец Бруно Бауэр (1809 -1882; он в пух и прах разнес Новый Завет и создал теорию всемогущества «критических личностей» и ничтожества масс/народа.)

Collapse )

nietzscheana

НИЦШЕАНСКИЙ СВЕРХЧЕЛОВЕК КАК АРХЕТИП ЖИЗНЕТВОРЧЕСТВА НИКОЛАЯ ГУМИЛЁВА

К началу мировой войны в среде литераторов разных стран сложился определенный психологический тип воина-эстета. Этот тип культивировали в себе поэты и писатели, сражавшиеся по разные стороны баррикад: Эрнст Юнгер, Шарль Пеги, Андре Мальро, Габриэль д`Аннунцио, Николай Гумилев. Всех их объединяло то, что каждый был художником, “чья муза – опасность, чей пароль – действие. Жизнь как высокая авантюра”.

“В эпоху, когда никому ничего не грозило, мы тосковали о чем–то необычном, рискованном, героическом. Пришла война и опьянила нас. Под дождем из цветов выступили мы в путь, хмельные от запаха роз и крови. Война предстала перед нами как нечто великое, мощное и праздничное. Она казалась нам единственным делом, достойным мужчины, веселой перестрелкой на заросших цветами, забрызганных кровью лугах… Ах, только бы туда, только бы не сидеть дома!” – эти слова принадлежат Э.Юнгеру, солдату немецкой армии, в будущем известному писателю. Бросается в глаза сходство с высказываниями о войне русского поэта Н.Гумилева: “Почти каждый день быть под выстрелами, слышать визг шрапнели, щелканье винтовок, направленных на тебя, – я думаю, такое наслаждение испытывается закоренелый пьяница перед бутылкой очень старого, крепкого коньяка”.

Для психологического типа воина-эстета, к которому относятся и Юнгер, и Гумилев, характерна “ницшеанская” модель поведения “настоящего мужчины”. Высказывания Ницше: “Двух вещей хочет настоящий мужчина: опасности и игры… Мужчина должен быть воспитан для войны…”, – становились своеобразным руководством к действию, попав на благоприятную почву «активного» склада личности художника.
Collapse )
nietzscheana

Из интервью с поэтом-мистиком Эдди Эрикссоном.

- Что вы думаете о таких персонах, как Ницше и Юнг? Какова ваша оценка двух этих фигур в контексте мировой культуры, философии и науки?

- В Ницше – был воплощен один из Истинных Духов Хаоса, аватар хтонического титана Диониса, неоднократно заглядывавший в Бездну Гинунгагап, что, в итоге, - стоило здоровья иллюзорной оболочке его несовершенной плоти человеческой. Юнг же – это был обычный голем, который так же, как и Кроули, был одержим лярвой тщеславия. Это был велеречивый демагог, красиво жонглировавший словами, позволявший себе, порой, эффектные высказывания, но всегда - действовавший в рамках текущей конъюнктуры и дискурсивных установок ЗОГ-Матрицы. В отличии от знаменитого хаоситского изречения Ницше, от которого веет правдивой искренностью бесстрашного безумца, действительно заглянувшего в Бездонную Глубину Тиамат, изречения Юнга о Хаосе – похожи на силиконовые сиськи Памелы Андерсон. С виду - они такие же красивые, но внутри - абсолютно фальшивые. Надави на Юнга еврейская ученая мафия – и он моментально отрекся бы и от них, точно так же, как он отрекся после войны от дискурса национал–социализма. Всем известно, что с 1933 по 1939 год Юнг издавал «Журнал по психотерапии и смежным областям», который поддерживал национальную и внутреннюю политику национал–социалистов по очищению Белой расы, а выдержки из «Mein Kampf» - были обязательным прологом к любой публикации. Однако, после войны Юнг категорически открещивался от редактирования этого журнала, объясняя свою лояльность Гитлеру т.н. «требованиями времени». В одном из интервью, в качестве оправдания своего сотрудничества с нацистским режимом Юнг не нашел ничего лучше, как заявить, что «он не был сторонником нацизма, потому что среди его коллег, знакомых и пациентов в период с 1933 по 1945 было много евреев». В этих жалких оправданиях - четко видна истинная лицемерная личина этого проституированного демиургического голема-карьериста, а не бесстрашного и несгибаемого Духа, подобного Паунду, Гамсуну или Хайдеггеру. Примечательно, что даже Мигель Серрано, некогда любивший Юнга и использовавший ряд его довоенных работ в своих трудах, когда в конце жизни узнал, что Юнг позволил себе после войны несколько «позорных» интервью о германском Калки - Аватаре Вишну, назвал его «лукавым швейцарцем». Такова же и «ценность» его т.н. «научных трудов». Не случайно, крупнейший культуролог современности Е.В. Головин метко сказал о нем: «Пробуждённый непременно является хорошим психологом, в то время как ни один из дипломированных психологов (даже такой гений, как К.Г. Юнг) так и не стал Пробуждённым.» Дух мой - никогда не верил в искренность писаний этого человека. От пасторского семени – не жди доброго племени. Юнг был типичный лжец от лжи отца своего, демиурга Яхве. Ницше же – был Великий Дух Правды, он был - одним из Темных Будд Хаоса, наряду с Остином Османом Спе, Филом Хайном и Майклом Муркоком, вернувшим всем Духам Истинным, спавшим в темнице иллюзорного мира сего Темный Свет Гнозиса Всевышнего Хаоса.
Блюз

Исторические и географические ляпы в писаниях

Как правило, история постоянно сквозит какими-то белыми пятнами и трещинами, которые тут же заполняются своими вариантами тех или иных событий. Этим грешат везде и всегда, каждый князь или король заказывал летописцам такое освещение событий, в которых бы он выглядел наиболее чинно и благородно. Религиозные источники вообще могут говорить о местах или событиях, которых не было или же были, но совершенно в ином виде.
Недавно, меня попросили высказать мнение относительно трудов Прабхупады (для тех, кто не знает, это основатель кришноитства). Собственно, сказать и нечего, стандартные религиозные подходы, основанные на приоритетности своего взгляда над остальными мнениями, слабоватом философском обосновании. Но главное, что более распространенные религии грешат, порой, самыми смешными огрехами не только в собственной философии, но и даже в описании исторических событий.
Например:Collapse )
85896252_3624175_sterh109svitok
Блюз

Заратустра революции

"Археология" выделяется особо в разрезе передач на радио Финам ФМ. Выделяется эта передача уже самими темами, свежими, я бы сказал острыми. очередная тема касалась Маяковского, но как-то плавно переросла к Ницше. Ницше и Маяковский, Ницше и большевики, вот уж отличный и особенно бодрящий коктейль, который может надуман...., а может и...нет...
garin

Физиология тридцатых.

Оригинал взят у zina_korzina в Физиология тридцатых.

  • Годы-двадцатые были временем машин - эпоха любования производственными процессами, винтами, шестерёнками и архитектурой, отныне называемой не иначе как «машинами для жилья». Человек тоже представлялся машиной, подлежащей ремонту, переделке и перековке. Тридцатые оказались ярким антиподом двадцатых - вся эта машинерия была выброшена на свалку и даже не потому что у автомата нет души и разума, а потому что ни одна механическая кукла не сможет совершить сверх-усилие. Машина может сломаться и умереть там, где нужна воля. Механика лишена не только бесполезно-вредных страстей, но и умения погибнуть за идею, за смысл, за некую, не подлежащую осмыслению ценность... А ещё, если двадцатые заглядывали в будущее, то тридцатые заигрывали с вечностью. Владимир Паперный в своей «Культуре-2» наградил этим свойством исключительно нашу социалистическую реальность. Но не существует отдельного советского мира - он может только придумывать свои личные определения, двигаясь при этом в общем потоке. Это Zeitgest, дух времени. Двадцатые во всём мире - время футуризма, рацио и человека-машины. Тридцатые везде, включая Советский Союз - эпоха неоклассики и сверхчеловека.

    Молодость. 1937. Фото Б. Игнатовича. Horst Torso by George Hoyningen-Huene

  • «Молодость». 1937. Фото Бориса Игнатовича.

  • Парижский фотограф Horst P Horst глазами фотографа George Hoyningen-Huene. 1930-е гг.

    Сверхчеловек - это не робот. У него есть душа, разумеется. Духовность. Новая духовность, вызванная физическим совершенством. Это физически развитое, духовно богатое, эстетически прекрасное существо, могущее совершать подвиги и создавать произведения искусства. Вместе с тем - физиология первична. В уродливом теле не может быть по-настоящему богатой души и - устремлённого к открытиям разума. Античная идея совершенства на новый лад. Обнажённое тело лишается своей чувственной составляющей и выступает в качестве яркого эталона для подражания. Тело 1930-х - обнажёно, раздето и при этом - асексуально. Не приравнивать человека к машине, а выковывать и воспитывать идеального хомо-сапиенса. Наука евгеника, ставшая некомильфотной и даже запрещённой после Нюрнбергского процесса, в 1930-х годах успешно развивалась в Англии и в США. На полном серьёзе рассматривались вопросы стерилизации людей с наследственными заболеваниями и даже - пьяниц, проституток, то есть асоциальных элементов. В Советском Союзе велись бесконечные разговоры о «новом человеке» - этот типаж в кино воплощали голубоглазые красавцы, вроде Сергея Столярова. Они были светлы, оптимистичны, позитивны и готовы к подвигам. Это - персонаж для Вечности.

    Collapse )

  • Иван Шадр работает над созданием статуи.

  • Йозеф Торак не отстаёт.

    Он существовал в древности, присутствует ныне и будет существовать всегда. Смысл обращения к Вечности - в поисках незыблемого эталона, непререкаемого смысла. Историческое развитие завершилось, дальше будет только совершенствование того, что найдено. Гигантомания. Сверхчеловеки - громадны. Пока только в камне. Мощная девушка с веслом царит в парке, белокурая дева с картины Рене Магритта задевает головой облака, атлеты Йозефа Торака подавляют своей мощью не только зрителя, но, кажется, даже и скульптора. Джованни Пиранези с его безумствами Галантного Века кажется бледной предтечей. Для него это были фантазии, для Веры Мухиной - реальность. Гигантские Рабочий и Колхозница, красиво списанные с античных Тираноубийц, уже приготовились к прыжку, уже готовы взлететь со своего постамента. Спортивность, физиологичность, телесность тридцатых подкупают своим светлым оптимизмом и - простотой отношений. Это уже не прыжки стриженой, резвой девочки-флаппера из постели в постель. И уж, тем более тут нет альковных страстей и пышных чресел Серебряного Века. В сексуальности предвоенного десятилетия нет на намёка на сладострастие и порнографическую клубничность. Всё выглядит физиологически-оправданно и просто.

    2-1._1. Песнь песней 1933 Рубен Мамулян (1)

  • «Эос». Арно Брекер. 1939 год.

  • Кадр из голливудского фильма «Песнь песней». 1933 год.

    Нет бесполезной стыдливости, но нет и грязи. Любовь тридцатых столь же естественна и полезна, как и спорт. Целомудрие пыльных юбок и прочих поясов верности - уродливо. Угар двадцатых с их теорией стакана воды (в СССР) и безумием всеобщей неверности (у них там, на Западе) - уродливо не меньше. Как унылая стыдливость, так и распутство - это две стороны одной медали. В советском кинофильме «Строгий юноша» красивая статная женщина Маша очаровывает юного спортсмена Гришу Фокина. У Маши - престарелый, именитый супруг, занимающийся, как раз, темой...воскрешения мёртвых. Физиология выше морали, а что такое, собственно, мораль? Маша, в свою очередь, тоже проявляет явный интерес к строгому юноше. Молодые спортсмены из окружения Гриши, считают, что он, мучаясь и сомневаясь, поступает...неправильно. Если нравится женщина и она безукоризненна, её надо взять. Что характерно, и сам профессор всё понимает - он же знает, какую силу имеет над человеком физиология. «Я хочу предложить вам одну идею. Можно?», - вопрошает прекрасная дама с формами Венеры и настолько выразительно смотрит, что ни у кого не остаётся никаких сомнений. «Давайте», - отвечает Гриша и обнимает чужую жену. Финал картины - счастливая Маша утром возвращается домой.

    Рене Магритт и немецкая фотка

  • 'La magie noir'. 1935. René Magritte.

  • Немецкая фотография.

    Наиболее цинично всё это выглядело в прусском исполнении, в Третьем Рейхе. Размножение и даже сочетание законным браком переставало быть личным делом отдельного индивидуума, становясь общенародным движением по улучшению породы. Селекция и научный подход, выведение расы, скрещивание лучших и ожидание потомства. И как результат - государственный питомник Lebensborn, где расово-чистая дама имела возможность родить дитя, дабы оставить его на попечение общества. Осуждается...осуждение внебрачных детей. Главное - это дети, а уж как их произвели, не ваше дело, старые прусские кумушки. Вместе с тем, тридцатые ощущаются...невероятно чистыми, белыми, как античные статуи в представлении неоклассиков, как платья в стиле a-la greque из модных домов мадам Грэ и Мадлен Вионне, как залитые солнцем стадионы. Физическая чистота человека, его отрицание грязи и извращений, всякой изощрённой изысканности, плавно переходящей в свою крайнюю стадию - в пошлость... Это было нужно накануне войны. Всем. Русским, американцам, немцам. Весь мир стремился приблизиться к гармонии Вечности перед грандиозной битвой титанов...

not

Об «умершем Боге» и китайском императоре

Когда умер китайский император-деспот Цинь Шихуанди, его приближенные некоторое время скрывали этот факт, продолжая издавать от его имени приказы и распоряжения. Они обложили разлагающийся труп соленой рыбой, чтобы перебить запах тления.
«Бог умер!» — провозгласил Ницше устами «безумца», тем самым просто констатируя факт Его «ухода» из культурной и общественной жизни европейского человечества. Но церковные иерархи по сей день продолжают издавать от имени «покойного Бога» приказы и распоряжения. В качестве же «соленой рыбы», призванной перебить зловоние, используются различные пышные массовые мероприятия, молебны, да «стояния». Или масштабные сборища «патриётов» навроде «Всемирного русского собора». Или появление в храмах высокого начальства в роли «подсвечников».

© religioznik

(no subject)

Эстетические представления - это лакмусовая бумажка, которая показывает степень здоровья его творцов и тех, кто этим искусством наслаждается. Упадки представления о прекрасном всегда связанны с упадком физиологического здоровья, это мы можем видеть при Эхнатоне в Египте, поздней Античности - в Риме. С 19 века подобные процессы мы видим в нашей культуре - постимпрессионизм, декаданс. В начале и середине 20 века эта гниль вплелась в абстракционизм и отчасти сюрреализм, ну а к концу прошлого века эта тенденция приобрела максимальное воплощение в Аbject Аrt.

Словари определяют "abject" как отвратительный, омерзительный, ничтожный, достоин презрения, подлый, унижен, крайний, а также как: брошенный или заброшенный, а abjection как унижение или отвержения. Глагольная форма, следовательно означает: отвергнут и унижен. Понятие abject art в научный оборот ввела  Юлия Кристева, которая сделала интересный, однако, с моей точки зрения надуманный философско-психоаналитический анализ в русле своей теории "отвратительного" в книге "Силы ужаса: эссе об отвращении". В ее понимании слово abject возвращается к своему первоначальному значению, имеющий источник в латинском abiectus - отвергнутый, отталкивающий - пассивный причастие от abicere означающее отбросить выбросить. В этом смысле abiectus значит быть отвергнутым. Обратим внимание, что английские слова (как и в случае их перевода на французский; abject, eject, inject, project, reject, subject имеют общий индоевропейский корень - уё - бросать).

Процесс эстетизации безобразного связан с самоотвержением, отказа от культуры, отказа от своего, от того что определяло рамки, твоего больного и здорового, разрешенного и запрещенного. В отличии от Юлии Кристлевой я не считаю это прогрессом, я не могу согласиться с той трактовкой - что Аbject Аrt является новой страницей в искусстве, которая разрушает рамки, создавая новое, я вижу Аbject Аrt проявлением кризиса понимание искусства в рамках постмодернизма (и постмодерна - шире). Необходимо вернуть старое понимание искусства, как вида культурной деятельности, удовлетворяющий любовь человека к прекрасному, того понимания которое дало нам ницшеанство - искусство должно быть тонизирующим к развитию жизни, а не его разрушением, искусство должно быть светом открывающее лучшее более здоровое будущее.

Думаю, что назвать "творения"с использованием фекалий, тухлого мяса, мочи, рыгачек искусством никак назвать нельзя. Появление Аbject Аrt стало возможным с вхождением в культурный дискурс отвергнутых, извращенных вырожденных элементов социума (посмотрите биографии представителей этого течения!) - с одной стороны, и окончательной деградацией общества - с другой.